Подмена понятий

19.09.2013 19_102.jpg

Пенсионная реформа и пенсионная формула должны работать десятилетиями, но предлагаемая экономия решает исключительно текущие задачи.


Заявление правительства об отмене накопительной составляющей пенсии для молчунов стало главной и весьма неожиданной новостью последнего времени. Логика властей такая: если ты перевел накопления в НПФ или УК, или уже оттуда вернул деньги в Пенсионный фонд России, то ставка отчислений сохранится на уровне 6%, для всех остальных она составит 0%. Что толкает власти на столь радикальные эксперименты?

Все предыдущие проекты пенсионной реформы были вызваны либо необходимостью приведения пенсионной модели в соответствие с изменениями в обществе (персонифицированный учет, создание НПФ), либо стремлением обеспечить долгосрочную устойчивость выплат (введение многоступенчатой системы «базовая + страховая + накопительная + добровольная пенсии»). Современный «этап совершенствования» вызван иной причиной, а именно четким осознанием того, что федеральный бюджет не может бесконечно поддерживать растущие социальные расходы. Сейчас уровень трансферов превышает 3 трлн. рублей и достигает 50% бюджета Пенсионного фонда России. Система перестала быть сбалансированной.

Обнуление пенсионных накоплений позволит уменьшить помощь федерального бюджета ПФР. Но расчеты, которые приводит правительство, не выдерживают критики – экономия составит около 100 млрд рублей, или 12 олимпийских трамплинов. Поймите меня правильно, я не против трамплинов, просто экономические аргументы вызывают в данном случае недоумение.

Очевидно, что речь идет о сиюминутном политическом решении.

Политические ограничения вообще очень мешают нормальному обсуждению пенсионной политики. Это и фактический запрет на разговоры о повышении пенсионного возраста, и сложившаяся в последнее время практика использование пенсионной темы в пропагандистско-популистском ключе.

Такой же политический подход господствует и в процессе одобрения правительством новой пенсионной формулы, определяющей, как основная часть отчислений работника в Пенсионный фонд (та, что не поступает на накопительный счет, а идет на выплаты нынешним пенсионерам) влияет на будущую пенсию.

Понятно, что есть общемировая тенденция старения населения, которая в свою очередь ведет к росту государственных социальных расходов и тем самым создает угрозу устойчивости государственных финансов. Перед обществом и государством возникает дилемма – либо увеличивать отчисления работающих, либо снижать выплаты пенсионерам. Решение, которое в последнее время было принято в ряде европейских стран, сводится к постепенному, растянутому на многие годы увеличению пенсионного возраста, исключительно для молодого поколения.

Если мы посмотрим на отечественную статистику, то увидим что в первые 5 лет после выхода на пенсию от 80% до 90% пенсионеров продолжают работать. Главная причина, конечно же, в низких пенсиях, но, с другой стороны, эти данные показывают, что потенциал трудоспособности в этом возрасте сохраняется у большинства граждан. Авторы новой пенсионной формулы предлагают стимулировать граждан к более позднему выходу на пенсию (проработаешь еще несколько лет - и твоя пенсия может увеличиться на 50%).

И в этом подходе кроется огромное противоречие. Если мы говорим об эквивалентности уплаченных взносов в пользу конкретного гражданина и возникающих у него пенсионных прав, то данное предложение явно нарушает принципы социальной справедливости. Уплатив взносы в течение первых тридцати лет, вы получаете 100% пенсии, а продолжив платить еще 5-10 лет, получаете прибавку в 50%. Получается, что взносы, уплачиваемые после наступления пенсионного возраста дают гражданину больше пенсионных прав на рубль взноса, нежели в трудоспособном возрасте. Имеем дискриминацию по возрасту и, соответственно, риск обращения в Конституционный суд.

Авторы формулы не могут определиться – стакан наполовину полон или наполовину пуст. Все понимают, что надо сделать выгодным более поздний выход на пенсию и тем самым сократить расходы бюджета. Однако из-за идеологических ограничений явные цели подменяются их исковерканным отражением.

Альтернативным и более честным подходом является одновременное повышение и пенсионного возраста, и размера пенсии. При этом у гражданина сохраняется право уйти с работы раньше, но с более низкой пенсией.

При таком подходе пенсия в 65 лет приравнивается к 100%, но если по каким-то причинам необходимо выйти на пенсию, например в 60 лет, то можно получить право на пониженную пенсию. Именно по такому пути пошли европейские государства, когда принимали решения о постепенном увеличении пенсионного возраста. Конечно, такой путь гораздо сложней, ведь нужны расчеты и обоснования, но он более точно отражает суть проблемы и задает гражданам понятные ориентиры.

Второй нехороший момент кроется в сформировавшемся потребительском отношении к государству – если оно что-то дает, то надо брать. Государство через пенсионную формулу предлагает отказаться от получения денег «здесь и сейчас», в обмен на более высокую пенсию «в будущем». Если посмотреть на последние пенсионные соцопросы, например ФОМ, то видна обеспокоенность граждан, отмечающих желание государства снять с себя часть обязательств. Члены правительства перестали беспокоиться о репутации государства и могут себе позволить обвинять предшественников, которые в 2002 году «ошиблись» с первой версией реформы. Рациональное поведение в такой ситуации диктует гражданам сравнение суммы пенсии, которую можно потратить или вложить, и ожидаемые повышенные выплаты, до которых, во-первых, нужно дожить, а во-вторых, еще и поверить, что они реально выше именно из-за твоего решения, а не в результате очередной индексации.

Скорее всего, граждане решат получить пенсию немедленно, не доверяя обещаниям, что потом она будет больше
.

И это серьезная проблема, особенно учитывая, что несбалансированность ПФР во многом возникла в 2010 году из-за опережающей индексации. Последние несколько лет рост пенсий превысил все мыслимые макроиндикаторы: инфляцию, рост заработной платы, рост ВВП и даже доходность на финансовых рынках. Я уверен, что в обществе все поддерживают повышение пенсий и решение вывести пенсионеров из-за черты бедности было правильное и своевременное. Но как правильно отмечают Алексей Кудрин и Евсей Гурвич, пенсионеры рассматриваются как электоральный ресурс, поэтому решение принималось, скорее, в политическом, а не в экономическом ключе – рост расходов не компенсировался ростом доходной базы.

Надо понимать, что у пенсионных обязательств государства есть современная стоимость (present value), которая рассчитывается как сумма всех назначенных выплат. В масштабах России это количество пенсионеров (40 млн человек), умноженное на среднюю пенсию 10  тыс. руб. и на усредненный период дожития, который составляет не менее 10-15 лет. Получается примерно 60 трлн рублей. Подобным образом любая компания в соответствии с МСФО отражает в своем балансе современную стоимость своих обязательств перед работниками и пенсионерами. Индексация назначенных пенсий на 10% означает не только и не столько рост расходов ПФР в текущем году на 10%, но одновременное увеличение современной стоимости всех государственных обязательств. Более того, повышение пенсий приводит к росту обязательств и перед работающими, которые будут сравнивать свои пенсионные права с уровнем пенсий текущих пенсионеров.

Плохо, что произошла подмена тезиса: пенсионная реформа и пенсионная формула должны работать десятилетиями, а предлагаемая экономия решает текущие задачи. Презентуя пенсионную формулу, правительственные спикеры почему-то сделали акцент на ожидаемом повышении пенсий, однако демографические условия к этому отнюдь не располагают. По расчетам самого же правительства, совокупный коэффициент замещения (отношения средней пенсии к средней зарплате) снизится к 2030 году до 23,7%. Количество пенсионеров превысит 45 млн человек и сравняется с численностью наемных работников, уплачивающих страховые взносы. Так что если у одного гражданина по новой формуле пенсия повысится, то у другого она скорее всего понизится… Макроэкономика и микроэкономика вступают в диалектическое противоречие.

Между тем, пенсионная формула очень нужна.


Задержка с этим тормозит все остальные элементы реформы – реформу досрочных пенсий, развитие корпоративных пенсионных программ и пенсионных программ для самозанятого населения. За дискуссией о методах балансировки пенсионного бюджета теряется главное – согласие в обществе. Пенсионная система это прежде всего соглашение между поколениями. Нынешние работающие своими доходами обеспечивают и себя, и пенсионеров. Они должны быть уверены, что к моменту их выхода на пенсию следующее поколение продолжит финансировать пенсионную систему и что их пенсия будет зависеть от тех страховых взносов, которые они уплачивают сейчас. Но если пенсионная формула, одобренная правительством без учета мнения экспертов, не понравится работающим гражданам, то последствия могут быть самые непредсказуемые.






Автор: Евгений Якушев, председатель совета НПФ «Европейский пенсионный фонд»
Источник: www.forbes.ru

Средняя оценка:  3.38

Возврат к списку


Оставить комментарий